Объект власти - Страница 16


К оглавлению

16

И в этот момент зазвонил ее телефон. Сразу несколько полицейских обернулись к ней. Олеся достала аппарат и посмотрела на Саймонса. Тот кивнул в знак согласия. Кто-то из офицеров подбежал и подсоединил ее аппарат к небольшому диктофону. Она ответила.

— Слушаю.

— Это я, — услышала она знакомый голос пана Тадеуша. — Где ты находишься? С тобой хотят встретиться. Ты успела уехать из Чикаго?

— Нет… да… нет… — она опять взглянула на Саймонса, и тот укоризненно покачал головой.

— Я в Чикаго! — вдруг закричала Олеся. Сказались все переживания этого дня. Она уже не отдавала себе отчета, что именно говорит. — Здесь убили тетю Анусю. И застрелили ее экономку. Я вернулась домой, но не знаю, что мне делать…

— Уходи оттуда, — успел сказать ее шеф, и в этот момент Саймонс выхватил у нее аппарат.

— Господин Дзевоньский? Где вы находитесь? Говорит лейтенант полиции Саймонс. Мне нужно с вами поговорить…

Телефон отключился почти сразу. Саймонс недоуменно посмотрел на аппарат. Может, Дзевоньский сам организовал это нападение. Но зачем тогда он в последний момент предупредил о киллере? И как он мог об этом узнать? Нужно будет найти его и задать ему эти вопросы.

— Проверьте, откуда звонили, — приказал лейтенант и, строго глядя на Олесю, поинтересовался: — Какие у вас отношения с шефом?

— Хорошие, — она чуть покраснела, что не укрылось от проницательных глаз офицера. Возможно, таким образом этот неизвестный шеф хотел поправить свои дела? Убрать старушку, оформить наследство на свою молодую сотрудницу и затем попробовать отнять эти деньги у нее?

— Он обещал жениться на вас? — спросил Саймонс.

— Нет, — Олеся улыбнулась, — нет, никогда. У нас с ним были не такие отношения, — не очень уверенно произнесла она.

Лейтенант понимающе кивнул. Нужно будет все это тщательно проверить. Но похоже, что эта молодая женщина права. Ей понадобится их охрана… А в следующую секунду вбежавший офицер полиции просто поразил его своим донесением:

— Мы проверили звонок, лейтенант. Звонили из Москвы. Из России.

«Только русской мафии мне здесь и не хватало!» — с раздражением подумал Саймонс.

РОССИЯ. МОСКВА. 6 МАРТА, ВОСКРЕСЕНЬЕ

Утром комиссия собралась в прежнем составе. Все офицеры сидели за круглым столом. Богемский, увидев Дронго, глянул на него с явной неприязнью и отвернулся. Татьяна Чаговец сжала губы, остальные молча кивнули эксперту в знак приветствия. Нащекина улыбнулась. Даже второй представитель Федеральной Службы Охраны — полковник Краснов, и тот приветливо поздоровался. Виктор Машков поднялся, пожал Дронго руку и показал на место напротив себя. После вчерашнего «промывания мозгов» его наконец признали почти своим. Дронго не мог знать, что Богемский настаивал на том, что процедура проверки не может исключить возможной измены эксперта в будущем, но Машков не захотел его слушать.

Почему-то именно эти двое — генерал Богемский и полковник Чаговец невзлюбили Дронго с самого начала. С женщиной все понятно. Или относительно понятно. Старая дева, сухая, черствая, недоброжелательная. Наверняка заметила, что он нравится Нащекиной и, видимо, поняла, как к Дронго относятся другие женщины, или что-то слышала об этом. Он не был «типичным латинским любовником». Скорее, наоборот. Держался с женщинами немного отстраненно, несколько иронично, но неизменно доброжелательно. В сочетании с юмором и интеллектом это, видимо, было то самое, что рождало к нему симпатию. Но возможно, именно поэтому он и не нравился Чаговец.

Неприязнь Богемского была также объяснима. Служба охраны не любила, когда в ее функции вмешивались даже сотрудники ФСБ. А здесь какой-то эксперт вдруг начал внимательно читать газеты и обнаружил в них угрозу для главы государства. Безоговорочно поверить Дронго означало расписаться в некоторой своей некомпетентности. А Богемский этого не хотел признавать ни при каких обстоятельствах. Он продолжал подозревать, что Дронго имел и другие источники информации, о которых не пожелал сообщить комиссии. Дронго вспомнил, что при первой встрече Полухин даже не сказал ему, что генерал Богемский из Службы охраны. Он представил его как сотрудника Службы Безопасности, настолько явно они не хотели сообщать постороннему о главной задаче комиссии по обеспечению безопасности президента.

Дронго сел за стол и оглядел собравшихся. Девять офицеров, из которых три генерала. По два сотрудника от ФСБ, СВР и Службы охраны. Представители МВД, ФАПСИ и прокуратуры. Всего девять человек: семеро мужчин и две женщины. Все люди проверенные, опытные, знающие. Но один из них может оказаться тем самым «кротом», который сообщил о провале Дзевоньского и спровоцировал нападение на его офис в Брюсселе. Каждый из присутствующих понимал, насколько малы шансы на столь оперативное вмешательство неизвестных «заказчиков» в столице Бельгии без чьей-то подсказки о возможном аресте Дзевоньского. Об этом старались не говорить, но все так думали. Вместе с тем никто не решался предложить начать проверку всех офицеров комиссии, сознавая, что нападению могла предшествовать предварительная работа «заказчиков», которые могли следить за группой Дзевоньского или выйти на контакт с генералом Гейтлером.

Отныне поиски Гейтлера становились самым главным приоритетом в их деятельности. Машков обвел взглядом всех присутствующих:

— Вчера в Чикаго была совершена попытка убить Олесю Бачиньскую, секретаря Дзевоньского. Киллер застрелил ее пожилую родственницу и тяжело ранил их экономку. Убийцу не смогли остановить, несмотря на наше предупреждение. Бачиньской отчасти повезло, ее в это время не было дома. Мы даже разрешили Дзевоньскому с ней поговорить, но оказалось, что эта молодая женщина сумела принять верное решение и обратилась за защитой в полицию. Сейчас ее охраняют сотрудники полиции Чикаго.

16